Умиротворяющая очередь / Истории Главстроя

Текст: Анастасия Палагина

Фото: Евгений Казаков

Умиротворяющая очередь

Архитектор Анастасия Палагина описывает, как превратилась в один из элементов идеально настроенного механизма Токио и нашла в этом невероятное успокоение.

Теплый день. Я еду на скоростном поезде в абсолютной тишине, попивая зеленый чай и читая книгу. За окном тесная городская застройка сменяется жилыми домиками, а затем и они пропадают, уступая место полям, горам и лесам. Я выхожу на конечной станции и вдыхаю прохладный воздух: весь день я буду гулять, лазить вдоль горных рек, заглядывать в храмы, построенные для духов камней и деревьев, и перекусывать в небольших кафе. Потом сяду на поезд и вернусь домой. Так я живу в Токио — в городе больших расстояний, скорости и — удивительно — спокойствия.

Этим Токио и нравится мне больше всего: несмотря на гудение улиц здесь всегда можно мгновенно оказаться в тишине и подумать — в традиционных садах, парочке европейских парков или в священном лесу. При всех скоростях (буквально — вы же слышали про местные поезда?) в городе нет спешки. Тут невозможно не быть спокойным, и этот дзен постигают все, без привязки к знанию языка, обычаев или местности.

Впервые я ощутила это на себе, оказавшись в очереди. Точнее, оказавшись в ней раз в третий. Во-первых, стало понятно, что ожидание в Токио почти перманентное состояние, потому что очереди здесь везде, от привокзальных касс до входов в торговые центры и рестораны (да, туристическое правило про то, что чем больше людей ждет на улице, тем вкуснее в заведении, в японской столице определенно работает). Во-вторых, я открыла в себе удивительное терпение. Да, ты стоишь в очереди дольше привычного, да, иногда приходится переносить встречи, но если поначалу ты нервничаешь и раздражаешься, то потом привыкаешь и думаешь, что торопиться, в принципе, некуда и незачем. Автобусы ходят по расписанию, и ты в любом случае окажешься там, где надо быть. Обо всем уже позаботились, так что просто пользуйся этими вдруг появившимися минутами остановки.

Спокойствие в Токио равно не только отсутствию раздражения, но и отсутствию тревоги. Тут я имею в виду не столько расстройство жителей больших городов, сколько вполне прикладное беспокойство — за свое имущество, за жизнь. Со мной этих страхов нет уже несколько лет, потому что здесь механизмы защиты человека и всеобщего доверия идеально отлажены. Это приводит к тому, что вдруг ты осознаешь, как уже полгода не закрываешь входную дверь на ключ. И если вдруг теряешь вещь, знаешь, что она будет там, где ты ее обронил.

Все в городе подчинено идее максимально эффективного использования пространства и времени. Помню, первое время меня удивляли японские станции метро, потому что каждая напоминала торговый центр со множеством миниатюрных кафе и магазинчиков. И это не проходные паровые пирожки или мелочи из Китая, а классные бизнесы с качественными продуктами, которые спасают трудоголиков на пути домой в одиннадцатом часу ночи. Японские комбини — круглосуточные небольшие магазины с разными наборами готовой еды — тоже часть идеи экономии времени. Зашел, купил, поел. Город и вся его жизнь настроены так четко, что здесь исчезает один из главных страхов — опоздать. И от этого становится еще спокойнее.

ПОДЕЛИТЬСЯ:
Другие истории
Чей это город В Петербурге наблюдается небывалый бум низовых инициатив. Горожане, например, сами реставрируют то, что им хочется сохранить, благоустраивают набережные и сажают деревья. Откуда пошел этот бум самоорганизации? Рассказывает социолог Рита Кулева. Слушать, потом говорить Создатель первого московского listening-бара Fonoteca, визионер и меломан Павел Недостоев рассказывает, зачем он вместе с командой Ess-Thetic создал полусекретный бар, в котором предлагается молчать. Почти все нравится Скандальный кинокритик Зинаида Пронченко, каждый день выдающая по посту о том, как ей не по душе московские рестораны и постановки, признается, что в глубине души любит город, и совершает воображаемую прогулку от Чистых прудов до «Горыныча» с крюком на Маяковскую. Находки и открытия Художница Таус Махачева умеет отыскивать диковинные вещи. То она зайдет в архив кинофотодокументов, и вернется оттуда с фотографиями советских национальных цирков, то обнаружит коллекцию патентов на чудные изобретения, которые так никогда не увидели свет. Как она находит то, что скрыто от нелюбопытных глаз, и делает работы на основе полузабытых историй? — Ответ в этом интервью.