Самая красивая улица / Истории Главстроя

Текст: Семен Шешенин

Иллюстрации: работы Павла Отдельнова из серии «ТЦ»

Самая красивая улица

Семен Шешенин считает, что прогулка по российскому провинциальному ТЦ — то же самое, что променад по центру старого европейского города. Звучит неожиданно, но автор приводит доказательства.

ТЦ — это не просто магазин. В магазине не бывает катков, аттракционов, детских зон, кафе, ресторанов, фонтанов и кинотеатров. Такое бывает в историческом центре. Если вы бывали в небольших восточноевропейских городах типа сербского Нови-Сада или какого-нибудь хорватского курорта, вы наверняка замечали, что центральные улицы в них похожи на ТЦ под открытым небом и не похожи на остальной город. Почти все фасады — витрины магазинов и банков, любое свободное место на тротуаре занято верандами кафе. Почти не видно стариков и детей, нет палисадничков, с балконов не свисает белье и локти бездельников с сигаретой на губе. Здесь нет ничего домашнего. Есть только проходимость.

Во многих российских городах такой главной улицы со старыми домами просто нет. Часто пешеходную зону делать не из чего — в центре «гуляет» только Ленин в море панелек. Если для облагораживания пространства надо снести половину жилого фонда города, то проще от него отгородиться, самую красивую улицу сложить в три этажа ТЦ, а в центре, на маленькой площади, обустроить фонтан. И люди будут бросать в него монетки.

Вокруг будет красиво, тепло и чисто, на скамейках никто не будет спать, и почти никогда никто не будет драться в ресторанах. Люди будут ходить между товаров, которые не могут купить, а подростки — торчать в фуд-кортах, чтобы жевать бургеры и замешивать с чем-то колу в бумажном стакане под столом.

ТЦ #2. Павел Отдельнов. 2015

Главная площадь европейского города образуется вокруг костела и ратуши. А ТЦ возникает вокруг других двух столпов. Сначала в городе, претендующем на будущее наличие торгового центра, появляется «Макдональдс». По какой-то непонятной магии бренда это желтое лого сохраняет притягательность для подростков по всей России, многие измеряют карманные деньги «чизами» и маленькой картошкой с сырным соусом. Если город доказывает, что он способен поддержать существование «Макдональдса», то за ним приходит социальная справедливость — появляется KFC. С этого момента до появления ТЦ, где два лого в фуд-корте станут двумя краеугольными камнями, останется совсем недолго.

Павел Отдельнов. ТЦ #3. 2015

Собственно, если центр старого города — площадь с фонтаном, то сердце ТЦ — фуд-корт. Только благодаря ему человек может провести среди витрин несколько часов, а целый класс посетителей ТЦ на фуд-кортах тусуется почти безостановочно — это подростки. С начала десятых целое поколение прогуляло всю школу целиком в торговом центре. Эти подростки меньше проводили времени на улицах, меньше тусили во дворах, не выплавляли свинец из аккумуляторов с помойки и, на первый взгляд, имели немного более защищенное детство. Но не радикально защищенное. В 2019 году в Тамбове даже произошла массовая драка, о которой сами тамбовчане говорят как о битве ТЦ на ТЦ: школьники из местного «РИО» бились против компании из «Ашана». Раньше так же дрались улица на улицу. Если есть люди, для которых торговый центр — способ распознать своих и чужих в драке, то это место уже часть городской культуры, часть чьего-то детства.

А после присвоения чему-то статуса части городской культуры обычно приходит переосмысление. Урбанисты уже давно предлагают музеефицировать московский район Беляево, где впервые появились панельки, которые теперь можно встретить в любом городе страны. Старые заводы из печальных промзон превращаются в арт-пространства не только в Москве, но и, например, в Туле: фабрика «Октава», где раньше производили электронику и звукозаписывающее оборудование, стала арт-кластером. Кстати, произошло это в том 2018-м, когда строительство новых ТЦ в России впервые пошло на спад. Уверен, похожая судьба ждет и тульский ТЦ «Гостиный двор» или какую-нибудь московскую МЕГУ. Спустя двадцать лет мы будем ходить среди опустевших магазинов с экскурсоводами и кивать: так вот как оно все было в нулевых.

Работа на обложке: ТЦ #1. Павел Отдельнов. 2015

ПОДЕЛИТЬСЯ:
Другие истории
На партнерских правах Дизайнеры одежды и архитекторы, в сущности, занимаются одним и тем же делом — созданием пространства, в котором мы живем. Разница только в масштабе — дизайнер работает с пропорциями тела, а архитектор — с пропорциями города. Но иногда они встречаются и делают что-то вместе. Мы вспомнили самые выдающиеся примеры совместной работы архитекторов и дизайнеров одежды и разобрались, как через кроссовки и кварталы можно выражать одни и те же идеи. Заводские настройки Фэшн-журналист Антон Гулевский отмечает профессиональную деформацию: он составляет впечатление о городах по тому, как одеваются их жители. А еще утверждает, что москвичи выглядят не хуже римлян. Во славу чуши Жительница квартиры, полной фамильных ценностей, и внучка великой женщины Анастасия Соколова рассказывает о своей бабушке — поэтессе Аиде Хмелевой. А также о доставшихся от нее вещах и правилах: о рояле, под которым на газетах ночевал главный художник-нонконформист 1960-х, и указаниях, почему деньги надо тратить только на чушь. Дикие соседи Почему петербуржцы вдруг полюбили сорняки, защищают репейник и вообще считают, что лучше, чтобы под окном росли лопухи, а не бархатцы? Разбираемся вместе с геоботаником Ириной Варгановой.